Как показали последние события, Москва и Берлин успешно планируют и осуществляют совместные дипломатические шаги на Южном Кавказе, которые являются альтернативой американской стратегии в регионе. По сути, можно вести речь о первом открытом проявлении “российско-немецкого заговора” против Вашингтона. 
БЕРЛИН СДЕЛАЛ СВОЙ ВЫБОР 
Сразу несколько высоких германских представителей (в том числе и в статусе чиновников Евросоюза) продемонстрировали повышенное внимание Берлина к абхазо-грузинскому конфликту. Апогеем новой немецкой дипломатии на Кавказе стал так называемый План Штайнмайера, предложенный в качестве механизма урегулирования нарастающей напряженности в отношениях между Тбилиси и Сухуми. Германский план урегулирования грузино-абхазского конфликта, озвученный министром иностранных дел ФРГ Франком Вальтером Штайнмайером, предусматривает три этапа. Первый этап — подписание между грузинской и абхазской сторонами соглашения о неприменении силы и начало процесса возвращения грузинских беженцев в Абхазию. Второй — восстановление непризнанной Абхазской республики на средства стран-доноров. И лишь на третьем этапе, в неопределенной временной перспективе, планируется решить вопрос о статусе Абхазии. План Штайнмайера практически мгновенно получил позитивную оценку со стороны высшего российского руководства, которое сделало лишь несколько замечаний косметического, вернее, “маскировочного” характера, призванных скрыть несомненную заинтересованность Кремля в реализации Плана Штайнмайера, а также — по нашим предположениям — участие российской дипломатии в разработке немецкого плана урегулирования абхазо-грузинского конфликта. 

“ДОБРЫЙ ПОЛИЦЕЙСКИЙ” 
И “ЗЛОЙ ПОЛИЦЕЙСКИЙ” 

Главной причиной крепнущего российско-германского внешнеполитического взаимодействия, конечно же, является общая стратегическая цель — усиление позиций ФРГ в Европе и России — на постсоветском пространстве. А это предполагает постоянную, кропотливую и скоординированную работу сторон по ограничению американского влияния в этих частях мира. В российско-германской кооперации Москва и Берлин успешно поделили между собой роли, соответственно, “злого” и “доброго” полицейского. Российские представители говорят Америке гадости (которые, по известным причинам, не могут сказать немцы), немецкие же политики оказывают Москве неафишируемое содействие в защите российских интересов на постсоветском пространстве. С учетом этого уже по-иному смотрится знаменитая Мюнхенская речь Владимира Путина, в которой он подверг почти “советской” критике внешнеполитический курс администрации США. Американские и многие европейские политики и эксперты немедленно назвали мюнхенское выступление Путина рецидивом “холодной войны”. Однако в Германии речь российского президента была оценена гораздо более позитивно. В этой связи можно предположить, что мюнхенская речь Владимира Путина не была для германских политиков сюрпризом и что в этом выступлении российский лидер предъявил Америке не только московский, но и берлинский ультиматум. 

ПРОВЕРКА БУХАРЕСТОМ 

Свидетельством эффективного взаимодействия РФ и ФРГ по отстаиванию стратегических целей друг друга, безусловно, стал саммит НАТО в апреле 2008 года в Бухаресте. Грузинские и украинские лидеры ожидали, что в румынской столице они получат от НАТО долгожданный План действий по членству в Североатлантическом альянсе (ПДЧ), однако этого не произошло. Срыв принятия двух бывших республик СССР в НАТО обеспечила позиция Германии. Сценарий “обрушения надежд” Киева и Тбилиси в Бухаресте был разыгран как по нотам. Российские власти развернули масштабную кампанию по осуждению планов США и НАТО по предоставлению ПДЧ Грузии и Украине (все та же роль “злого полицейского”!). А канцлер ФРГ Ангела Меркель и глава МИД Штайнмайер в тиши дворца Чаушеску, где проходил саммит альянса, озвучили свою непреклонную позицию голосовать против ПДЧ для грузин и украинцев (конструктивный “добрый полицейский”). Общая цель Москвы и Берлина была достигнута — Грузии и Украине, вопреки давлению США, в форсированном приеме в НАТО было отказано. 

ПЛАН ШТАЙНМАЙЕРА — ПЛАН ПУТИНА ДЛЯ АБХАЗИИ 

Летом 2008 года российско-германский “картель” активизировался уже на грузино-абхазском направлении. Сценарий выдавливания Америки из региона Южного Кавказа и блокирования атлантической активности Грузии был опять-таки прописан по уже доказавшей свою эффективность схеме с “двумя полицейскими”. Россия в течение мая-июня вносила свою лепту в нагнетание напряженности в Кавказском регионе (финалом стали июльские военные учения российской армии “Кавказ-2008”), в чем Москве очень недальновидно подыгрывали и грузинские власти. “Злой полицейский” из Кремля нашел себе невольного помощника в лице Михаила Саакашвили, который также решил побряцать оружием. В результате создалась иллюзия “разморозки” абхазо-грузинского конфликта, и Тбилиси, напуганный “злыми полицейскими” из РФ, запросил помощи у американских союзников. Визит госсекретаря США Кондолизы Райс в Тбилиси был неудачным — глава американского внешнеполитического ведомства не смогла предложить “разогретым” конфликтующим сторонам никакого плана мирного урегулирования, кроме традиционных заклинаний в поддержку Грузии. Другими словами, американские представители продемонстрировали отсутствие у них позитивной стратегии в отношении застарелых кавказских споров. После этого на кавказской сцене появился “добрый полицейский” — Франк Вальтер Штайнмайер озвучил свой план умиротворения грузино-абхазского конфликта. Учитывая опыт тайной дипломатии России и Германии последних лет и их успешные совместные внешнеполитические проекты, трудно отделаться от мысли, что российское руководство если и не принимало участия в разработке “плана Штайнмайера”, то уж во всяком случае было заранее информировано о его содержании, согласовало свои позиции с Берлином в рамках этого плана и опять-таки вместе с немецкой стороной определяло максимально выгодный момент обнародования германских миротворческих предложений. В этом смысле можно считать “План Штайнмайера” еще и своеобразным “Планом Путина” для Абхазии. То, что абхазская сторона с ходу отвергла публично план Штайнмайера, лишний раз свидетельствует о срежиссированности этого совместного российско-германского проекта. Логика кавказского политического процесса сегодня такова: то, что принимают грузины, не принимают абхазы, и наоборот. Единственным способом заставить Тбилиси согласиться принять “план Штайнмайера — Путина” (и перехватить у американцев стратегическую инициативу в регионе) была организация отказа Абхазии от этого плана. И грузинский президент Михаил Саакашвили уже среагировал на этот аргумент, подтвердив важность миротворческих усилий Евросоюза и Германии... 

*** 
Многоходовая комбинация, разыгрываемая сегодня на Южном Кавказе Россией и Германией, во многом является “пилотным проектом”. Очевидно, что если он окажется успешным, то совместные российско-германские дипломатические технологии будут затем использованы и в других “проблемных” постсоветских регионах, например, на Украине, руководство которой сегодня также слишком торопится в НАТО, делает ставку на поддержку “большого американского брата”, игнорируя тем самым не только российские, но и германские стратегические интересы в Восточной Европе. 
Андрей СЕРЕНКО, политолог (Украина), 
для РИА Новости