Американский сопредседатель Минской группы ОБСЕ, а еще проще – эмиссар Госсекретаря США Метью Брайза неожиданно приехал в Степанакерт. Это не первая его поездка в Карабах, поэтому удивляться тут нечему. Странно только, что на этот раз он приехал один, без российского и французского сопредседателей, причем, приехал прямо в Степанакерт, не проведя встреч в Ереване и Баку. Для этого, надо полагать, у Брайзы были серьезные причины. И если несколько утрировать процесс карабахского урегулирования и происходящие в мире и регионе геополитические трансформации, можно даже догадаться, какие это причины.
Во-первых, очевидно, что Брайза приехал в Степанакерт не для того, чтобы засвидетельствовать свое почтение Бако Саакяну или рассказать ему о том, о чем уже договорился с Сержем Саркисяном. Скорее всего, есть вопрос, в котором мнения (или, по крайней мере, высказывания) Бако Саакяна и Сержа Саркисяна не совпадают. И, по всей видимости, это вопрос территорий вокруг бывшей НКАО, которые в Карабахе считают неотделимой частью НКР, а вне Карабаха – зоной безопасности.
Вопрос этих территорий, которые включают в себя 7 районов бывшей Аз.ССР, в последний месяц обрел актуальнейшее значение, хотя был ключевым в течение продолжающихся 15 лет переговоров. Кстати говоря, именно разногласия по этому вопросу между США и Россией не позволяли поставить точку в карабахском урегулировании. По большому счету, еще много лет назад все поняли, что Карабах в состав Азербайджана не вернуть даже военным путем. И оставалось сделать хорошую мину при плохой игре и оформить все так, чтобы Азербайджан не почувствовал себя ущемленным. Для этого НКР стали усиленно представлять как временный союз бывшей НКАО (который звался Карабахом во время переговоров) и «оккупированных территорий (зоны безопасности). НКАО как бы предназначалось Армении, а остальные территории – Азербайджану. И все, как говорится, были бы сыты.
В принципе, с таким раскладом были согласны все, и об этом даже говорилось вслух. Загвоздка была в том, что Россия и США никак не могли решить, чьи силы будут стоять на разделительной линии между этими двумя частями и кто будет их контролировать. Тем более, что «разделительная линия» включает в себя довольно протяженный участок границы с Ираном. Каждый лениво позволял другому тянуть одеяло в свою сторону, и благодаря этому статус-кво в регионе сохранялся.
Теперь ситуация изменилась. После молниеносного разрешения абхазского и южноосетинского конфликтов Азербайджан понял, что может лишиться не только НКАО, но и территорий, которые ранее ему предназначались. Призвав на помощь Турцию, США и даже Россию, Баку сейчас усиленно добивается того, чтобы Армения согласилась отдать эти территории. Если не кнутом, то пряником. Видимо, пряник, протянутый Абдуллой Гюлем, сработал, и Армения не высказалась против возвращения территорий. О чем, кстати, заявил турецкий президент и чего не опроверг его армянский коллега.
Но тут появилась загвоздка. Карабах против. Вот и пришлось Брайзе лететь в Степанакерт, чтобы уговорить Бако Саакяна дать свое согласие на такой вариант. «Мы тут же признаем вашу независимость, даже дадим небольшой коридор в Лачине, если хотите, немного и от Кельбаджара вам выделим. Что вам еще нужно? Ведь это и есть ваша конечная цель – признание НКР», - надо полагать, именно так выглядел разговор Брайзы с карабахским президентом. Что ответил президент, утверждать сложно, хотя можно надеяться, что ответ был отрицательный. Иначе при положительном ответе и при нынешней скорости развития событий Карабах сегодня проснулся и увидел бы войска НАТО по всей протяженности границ бывшей НКАО.
Почему же карабахский президент против? Любой, кто решит взглянуть на карту региона, поймет, что НКАО, присоединенное к Армении с помощью узенького Лачинского коридора, выглядит как никому не нужный аппендикс, признание которого может удовлетворить разве что болезненное чувство национального достоинства. В стратегическом и экономическом смысле НКАО без прилегающих территорий ничто. Любой мало-мальски смыслящий в картах человек может это увидеть, что уж говорить о президенте страны. К тому же, для человека, дети которого живут в Карабахе, геополитические планы выглядят совсем по-иному. Они напрямую проецируются на его жизнь, безопасность и интересы.
По всей видимости, в Карабахе начали понимать, что национальное достоинство должно исходить из национального интереса, иначе грош ему цена.
НАИРА АЙРУМЯН
