Комментарий карабахского независимого аналитика Давида Карабекяна по поводу высказываний ведущего программы «Судите сами» Максима Шевченко:

«С конца декабря прошлого года некоторые ведущие азербайджанские СМИ всячески пытаются возвести небезызвестного ведущего программы «Судите сами» Максима Шевченко в ранг эксперта по карабахской проблеме.
Сам телеведущий, утверждая без тени скромности, что «знает о карабахском конфликте и об истории этого конфликта все», практически не знает ничего, ибо руководствуется фальшивыми тезисами, превратившись в рупор бессмысленных идей Баку и слово в слово повторяя мысли азербайджанских идеологов. Отнюдь не случайно, что Шевченко приводит «сверхсекретные данные», о которых, судя по всему, знают лишь он и высокопоставленные чиновники системы национальной безопасности Азербайджана. Речь, в частности, о том, что на «линии фронта действует огромное количество спецслужб, мафиозных, террористических групп».
Кстати, о терроре. С 1988 года власти Азербайджана усилили политику террора не только в отношении армянского населения Нагорного Карабаха, угрожая ему физической расправой, но и, как это ни странно, азербайджанского населения, сначала превратив их в живой щит, а затем – заставив покинуть территорию Нагорного Карабаха и близлежащих районов с тем, чтобы, создав своеобразные гетто беженцев в центре Азербайджана, обрести «аргументы» для поднятия грандиозного шума на международной арене, на фоне которого можно будет выкачивать крупные суммы у международных доноров.
Свои абсурдные заявления телеведущий сдабривает вроде бы правильными вещами – высказываниями о мире и добрососедстве, необходимости восстановления прав людей, возвращения их на места прежнего проживания. Однако  все это, по сути, фальшиво, тенденциозно и предвзято, потому что касается лишь азербайджанцев: «Приоритетным вопросом в урегулировании нагорно-карабахского конфликта должно быть возвращение на родные земли сотен тысяч азербайджанских беженцев».
При этом Шевченко забывает о миллионе армянских беженцев из Карабаха и Азербайджана, покинувших родные очаги за годы советской власти и после распада СССР. Азербайджан несет ответственность за попранные права всех беженцев, независимо от национальности.
В целом Шевченко пытается запрячь телегу впереди лошади, отдавая приоритет ликвидации последствий конфликта устранению его причин. В итоге все сводится к тому, что карабахцы вторично получат «расширенную автономию в составе Азербайджана». То есть, не получат ничего, ибо еще в советский период все убедились, что автономия по-азербайджански не что иное, как «белый геноцид».
И не напрасно в высказываниях Шевченко доминирует тема торговли. В будущем армянский и азербайджанский народы он видит «торгующими между собой». Не случайно он уверен, что «Армения будет обменивать и статус Карабаха, и статус этих районов (имеются ввиду занятые в ходе войны территории – прим. ред.) на что-то еще. Допустим, на какие-то выгодные для нее нефтегазовые контракты, финансовые гранты».
Далее он подсказывает Баку: «Знаете ли, когда крепость невозможно взять штурмом или можно, но ценой больших потерь, то с защитниками этой крепости всегда можно договориться и сделать их своими союзниками или вассалами. Это называется стратегия не прямых действий».
Очевидно, что сам Шевченко руководствуется указанной стратегией,  лукавя, искажая факты и вводя общественность в заблуждение. Но интересно, откуда он набрался такого опыта? Не в процессе ли поддержки им террористической организации «Хамас» или предвзятого освещения арабо-израильского конфликта?
Вместо того, чтобы порекомендовать Баку считаться с реалиями и сесть за стол прямых переговоров со Степанакертом, телеведущий утверждает, что «урегулирование карабахского конфликта связано с увеличением реального политического веса России, Турции, Евросоюза», которые, по его словам, являются «гарантами урегулирования». Это, должно быть, вписывается в политику Баку по тасканию каштанов из огня чужими руками.
Странно, что Максим Шевченко добровольно стал винтиком азербайджанской пропагандиской машины и лишь подливает масла в огонь в и без того напряженной ситуации в регионе. А ведь мог бы использовать свою профессию и общественное  положение в благовидных целях».